Товарищ мой — топор

24.06.2019 
Автор: Надежда НОВГОРОДОВА
Количество показов: 360
Сегодня воспоминаниями о старом, еще деревянном, Якутске с нами поделился человек-легенда, Герой Социалистического Труда, почетный гражданин города Якутска  Михаил Сергеев. 

Дом правительства, Русский театр, первый аэровокзал, здание Гражданпроекта и многие другие жилые и административные дома, которые строились в далекие 50-60-е годы, — плоды его труда. Около 40 лет Михаил Сергеев  проработал в системе «Якутстроя» в качестве столяра, плотника, паркетчика и бригадира. Несмотря на солидный возраст, в этом году Михаилу Семеновичу исполняется 94 года, он прекрасно помнит все исторические события, в которых ему довелось участвовать. А ведь начинал работать в сложные военные годы. 

— Я родился 6 октября 1926 года в селе Кэччи Олекминского района. Отец рано умер. Мать вышла замуж во второй раз, и мы переехали в село Улахан Мунку. В 1937 году из-за болезни не стало матери. Отчим нас тогда четверых раздал по людям — меня и трех сестренок. В Якутск переехал в 1943 году. До того времени с 1939 по 1943-й отработал в колхозе Улахан Мунку. Когда нас привезли в Якутск, сразу определили в школу ФЗО — фабрично-заводское обучение. Большого выбора профессии тогда не было. Можно было обучиться на столяра, плотника и печника. Наша группа под номером «59» была сборная в отличие от других. Учился с татарами, башкирами, украинцами, русскими, эвенами. Веселые и дружные ребята. Мы проучились в ФЗО ровно 9 месяцев. 

— В 1944 году по окончании школы нас сразу перевели в «Якутстрой». Помню, очень тепло встретил управляющий треста Ефим Жорницкий. Если бы мы другому попались то, наверное, не стали плотниками. Он сделал из нас настоящих специалистов своего дела. Как сейчас помню, 
1 июня 1944 устроился на работу и ушел 30 октября 1982 года. Наверное, еще бы дольше проработал. Но так получилось, в 56 лет отправили на пенсию. Хотя без работы я не сидел. Сразу устроился столяром-плотником в Институт физтехпроблем Севера. У меня там мастерская была. Всё, что нужно было для науки, делал. На заслуженный отдых ушел, когда мне было уже 76 лет. 

— Мне вообще везет на хороших людей. В 1946 году мне довелось поработать с Николаем Васильевичем Веретенниковым — потомком знаменитых вятских плотников. Проработал с ним два года, и того, чему у него научился, хватило на всю мою жизнь. Мужик был исключительный. Он рассказывал, что его предки занимались строительством церквей в России. За одно лето они могли церковь построить. Без рубанка! Только топором. Если я прокантую (пройдусь), то всё, строгать уже не надо. Настолько чистый срез выходит.  

— Первое время жил в порту. Потом мне выделили комнату в общежитии «Якутстроя». Когда женился, выдали квартиру на улице Шавкунова. Но мы там недолго жили. Всего около года. Я знал, что прямо под нашим домом старое кладбище, так как сам принимал участие в строительстве. «Нет, не хочу жить на костях», подумал я и вскоре мы переехали. В 1964 году нам с женой выделили двухкомнатную квартиру возле здания бывшей молочной кухни. Прожили там 9 лет. А затем переехали на Ярославского, 35. По меркам тех лет элитный дом, где жили исключительно обкомовские работники, лишь я один был из рабочих. 30 лет там прожили. Дом построен по индивидуальному проекту. Нам выделили квартиру на первом этаже. Хотя в то время газ в Якутске уже проводили, в доме его еще не было. 
— Самое памятное строительство, в котором я принимал участие, — это деревянный аэровокзал в порту. Сейчас там уже третий аэровокзал. А первый мы строили во время войны. Вначале 1944 закончили. Вот как раз с Николаем Васильевичем Веретенниковым, тогда на пару работали. Стелили паркет в аэровокзале. Он тогда длиной 15 см и шириной всего 3—5 см был. Чтобы постелить один квадратный метр мы использовали до 100 штук паркета. Иногда разного размера, часто приходилось их стругать. Николай Васильевич говорил, отбирать только лучшие. Нас было четверо  в бригаде. Троих потом в армию забрали. А меня не взяли из-за маленького роста. Хотя два раза просился. 

—  В  1947—48 году мы построили два деревянных гаража. Один для КГБ, а другой для ЛОРПа. Это были большие гаражи вместимостью 17 машин. Напомню, машин тогда в Якутске, было раз-два и обчелся. Про бетон мы тогда и не знали. Штукатурка, алебастр и песчаный раствор извести — вот и всё, что было тогда в нашем распоряжении. Где-то в начале 60-х годов, наверное, началось только цементное производство. Сначала было трудно перестраиваться, потому что мы не привыкшие. Всегда с деревом работали. Да и потом очень грязно. Всё залито цементным раствором. 

— Тогда не было квартальной застройки, где место свободное, там и строили. В 1947 году мы начали застраивать домами улицы Каландаришвили, Ойунского, Петровского. Пять лет строили там дома. Это были деревянные 4-х квартирные одноэтажные дома. Сейчас ни один из этих домов не сохранился, всё снесли. На их месте стоят огромные высотные дома. 
— Двухэтажный 16-квартирный дом строили примерно 1 месяц. Бригада из 16 человек, с нуля до конца строила. Мы только плотницкие работы вели — окна, двери, полы. 

— Помню, принимал участие в строительстве домов на улицах Лермонтова и Кальвицы. Некоторые и по сей день стоят. Два на одной улице и на другой. Вот проезжаю на автобусе и вижу плоды своего труда, и душа радуется. 

— Чтобы построить дом, документы отправляли в Ленинград. Тогда «Якутгражданпроекта» еще не было. В Якутске была небольшая контора, которой руководил архитектор Мальков в 1949—50-м годах. Я считаю: его заслуги  для развития планировки города очень велики. 

— Первые КПД начали строить в 1972 году. До того возводили мелкоштучные дома из кирпича и блоков. Например, вот эти четырехэтажные дома на Ярославского в 1972 году построили. За месяц один подъезд дома сдавали. Мы делали всю отделку — окна, двери, полы. Потом нас перевели на административные здания обкома партии, правительства,   Института биологии, Гражданпроекта. В общем, на площади Ленина вокруг здания, где я в разное время принимал участие в строительстве. Не строил, а именно принимал участие. 
— Финансирование тогда было трудное. Москва мало денег выделяла. Типографию, где ныне располагается Художественный музей, строили 15 лет. Дом правительства строили где-то около двух лет. В 1976 году сдали. В 1952 году сгорело деревянное здание Русского театра. Через пять лет построили уже каменное. Я там штукатурил, полгода работал. 

— Госконтроль тогда был строжайший. Чуть малейшее отклонение, и можно было получить предписание вплоть до лишения партийного билета. Это было сродни… смертной казни. Если ты настоящий коммунист, потерять партийный билет было тяжелейшим преступлением. 

— При Советской власти я столько наград получил, если взвесить, то наверное, килограмма два будет. В 1971 году мне присвоили звание Героя Соцтруда. До того в 1958 году Мише Федотову присвоили звание Герой соцтруда, а мне — орден Красного Знамени. Потом Михаилу Алексееву также присвоили Героя Соцтруда и орден Ленина, и мне второй орден Трудового Красного Знамени. Мы все втроём заканчивали школу ФЗО. Потом некоторые посмеивались: а вы что, в Якутии, только тем, у кого имя Михаил, звания присваиваете что ли. 

— Жена, как и я на стройке работала. Маляром была. Потом она приболела. Пять лет ходила по больницам. Мне приходилось отдуваться за двоих. С семи часов утра до 11 вечера работал, чтобы семья не нуждалась. У нас трое детей уже появилось к тому времени — два сына и дочь. Старший сын позже попал в аварию и умер на операционном столе. Остались сын и дочь. Сын какое-то время тоже на стройке работал, потом перешел в другую организацию. Дочь — экономист сельского хозяйства. 
— Три года был членом бюро обкома партии. По указанию Брежнева в автономных республиках в бюро обкома обязательно должен был кто-то из числа рабочих. Когда мне предложили, я говорю, какой из меня политикан. Но я же не мог большим людям сказать, что не хочу и не буду. 

— Секрет моего долголетия? Надо много двигаться. Заниматься физкультурой. Я каждое утро полчаса трачу на разминку суставов. Хотя были такие серьезные моменты, что в 1959 году мне хотели определить вторую группу инвалидности. Тогда один старик из Москвы посоветовал, как лечиться. И всё, по сей день сам лечусь, таблетки не принимаю. Лучше умру своей смертью. Я уже около 60 лет зимней рыбалкой увлекаюсь, до сих пор рыбачу. Как лед встанет, я уже там. У меня друзей рыбаков много. Раньше при «Якутстрое» был капитаном команды рыбаков. На соревнованиях всегда первые и вторые места занимали. 

Фотографии из личного архива Михаила Сергеева
Количество показов: 360
Выпуск:  №24 (2704) от 21 июня 2019