В редакцию «Эхо столицы» поступают жалобы от пассажиров, переправляющихся через реку Лену на СВП (судно на воздушной подушке) по маршруту Якутск – Нижний Бестях. Суть жалоб такова: почему проезд подняли вдвое – на сегодня это пять тысяч рублей, и требуют оплату с пассажиров наличными? За ответами корреспондент «ЭС» отправляется на переправу.
Дорога от 203 микрорайона до станции ожидания СПВ «Намыв» разве что розами не устлана: новенькая, ровненькая – любо-дорого посмотреть. Станция ожидания теплая, с туалетами, с охраной. Правда, она только для пассажиров, купивших билеты на ЖДЯ.
«Не железнодорожные» пассажиры направляются сразу к «Хивусам», и по мере наполнения те, поднимая бурю песка, с бешеным ревом отправляются к станции Нижний Бестях. Забегая вперед, скажем, что на середине маршрута пассажирам предстоит …пересадка. Посреди реки.
МАЗАИ НАШИХ ДНЕЙ
На фоне пронизывающего ветра - на реке всегда холоднее - и ревущих моторов мы беседуем с заместителем гендиректора «Ленаводсервис» Борисом СТРОЕВЫМ:
— Борис Алексеевич, расскажите, пожалуйста, о ценообразовании на проезд в СВП.
— Это сложная история, которая тянется с 2016 года: мы столько судов выиграли, отстаивая цены на проезд.
— С кем судились?
— С Госкомцен, с минтрансом, в том числе и в московских судах.
— СВП – ваша собственность?
— Конечно. Все закупаем сами. Запчасти на них дорожают каждый год, комплектующие импортные, сами понимаете, санкции бьют по всем – нам все втридорога продают. А «подушку» обслуживать надо – это же техника, «обувать» ее – дорогое удовольствие – по льдам гонять, это все рвется, не говоря уже о всех движущихся системах, которые перманентно подлежат ремонту.
— Вас называют «частниками» и, честно говоря, не любят. За те же цены, которые считают высокими. За пять тысяч по субсидии можно до Владивостока улететь.
— А многие называют эту переправу «дорогой жизни». Мы еще в 90-е свою предпринимательскую деятельность начинали. На обыкновенных лодках. Почитай, уже как 33 года перевозим.
— Муромцы.
— А 20 лет назад взяли в аренду первую «подушку», и так потихоньку стали приобретать СВП. Честно говоря, до сих пор кредиты оплачиваем. Ну а приди сейчас вертолет, и билет будет стоить десять тысяч. Помните, в девяностые, кто успел зацепиться, тот и перелетал через реку.
— Сколько стоит один «Хивус»?
— Порядка десяти миллионов рублей. Поди-ка, купи! Людям кажется, что все у нас тут так просто. А я могу несколько дней вам рассказывать, как создавалась бригада, работе которой аналогов в мире нет! Мы не просто катаемся тут, как это несведущие себе представляют. Мы торосы чистим, заливаем, а там, где ходим, лед очень быстро наращивается. Кстати, именно по нашей дороге потом идут машины, не дожидаясь, когда там Хатассы сделают. И это и есть дорога жизни. Мы же вместо моста здесь.
— Ой, не поминайте мост.
— Боюсь, и не доживу до него. Не будем о грустном. Так вот, «Хивусы» доходят только до острова, дальше уже просто «каша», и дальше они не пройдут. На острове происходит пересадка пассажиров на аэроботы «Тайфун». Вот и все ценообразование, если говорить о двойной цене, техники-то задействовано вдвое больше. Верно же?
— Теоретически да. Но почему оплату требуют исключительно наличными? Это ли не попытка уйти от уплаты налогов?
— Ни в коем случае! Мы от налогов никогда в жизни не уходили! Все честно, строго платим, можете узнать в налоговой, где угодно. Да, ребята просят «наличку», чтобы полностью расплатиться с «Хивусом», а половину оплаты оставить «Тайфуну». Чеки на эти суммы мы выдаем, если нет возможности расплатиться наличными, то и картой принимаем. Опять же подчеркну, это все временные неудобства, из-за этой самой двойной пересадки пассажиров. Суда то у всех разные, хозяева разные. А так в каждом катере стоят кассовые аппараты, терминалы – ради Бога, оплачивайте, как вам это удобно.
— Стоимость билета 5 тысяч рублей - это навсегда?
— Ну что вы? Это еще дней на 8-10. Как только река встанет, убираем аэроботы, и цена становится прежней – 2500 рублей. Потом параллельно начинаем чистить реку, торосы и запускаем «Хивусы» ходить по прямой. Те, кто знает специфику работы на реке, знают, насколько она нелегкая, сколько в ней сложных этапов. Между прочим, здесь не каждый человек за руль сядет.
—Рискованная, кстати, да.
— Безопасность, конечно, соблюдаем. У нас парни опытные, смелые – на самом деле из тысячи только один человек по такому льду пройдет. И взаимопомощь в первую очередь. Не приведи Бог, что случится, у нас рации, тут же подлетят, подхватят, эвакуируют, так что можете не переживать.
— Какая зарплата у водителя, если не секрет?
— У нас капитаны. По-разному получается: кто сколько наездит. В основном это сами хозяева СВП. А наемные капитаны на процентах сидят.
— Где в зимнее время «подушки» хранятся?
— А каждый ИП на манипуляторах на свои базы вывозит. Вот 13 ИП объединились и создали «Ленаводсервис», генеральным директором которого является Вячеслав Летавин.
— Он у вас офисный, а вы в поле?
— Когда как, дел всем хватает.
— А еще была история нынешнего года, когда приходил в вашу нишу конкурент - компания "Сулус", но что-то у них с "Хивуса" сперли, и просуществовали они в качестве перевозчиков недолго.
— Если быть точными, то пару дней ребята поработали, а потом сломались они прямо на острове. Мы людей вывезли с острова. Но так получилось, что у этих ребят украли винт и маршевый ремень.
— То есть не ваших рук дело?
— Обидно, что так и думают, но нет, это не мы. Транспортная полиция ведь разбиралась. У нас свои запасы запчастей имеются, зачем нам чужие?
— Конкуренция же. Нуччи и саха.
— Я сам русский, но якутский знаю и свободно им владею. У меня жена саха и дети сахаляры. Так что мне не по себе становится, когда такие разговоры заводят. Мы все одинаковые, в одной республике живем, воюем на сво все вместе, умираем одинаково. Всей стране сейчас тяжело, поэтому мы все вместе держаться должны.